"Мы очень много делаем для того, чтобы ребятам у нас нравилось, чтобы они получали интересные проекты, чтобы они учились."

9a5eb6c798e0e6e8a1a5326005a4051a

Владимир Чернявский

Партнер McKinsey & Company

Владимир, вы, наверное, можете сказать, что ваш опыт нетипичен. Из государственной  структуры вы перешли в коммерческую, из системы консервативного типа – в динамичную международную компанию.

McKinsey – идеальное место для тех, кто до конца не определился с тем, чем хотел бы заниматься. Я перешел сюда из госсектора и совсем не понимал, что такое работа в секторе частном. Я решил, что здесь пойму, как все функционирует, и после этого определюсь, куда пойти дальше. 

В McKinsey есть возможность, с одной стороны, посмотреть на мир бизнеса с высоты птичьего полета, а с другой – «пощупать» почти все отрасли своими руками. Это очень удобно для студентов, которые после получения диплома хотят попасть туда, где нравится, и опасаются застрять там, где может не понравиться. Здесь же вам не придется ни  о чем сожалеть ­– ведь вы получаете универсальные знания, которые применимы где угодно. При этом делаете что­то интересное, постоянно меняющееся, много чего пробуете – и лично для меня это была главная причина при выборе McKinsey как нового места работы.

На популярных HR-ресурсах не встретишь предложений от McKinsey – значит ли это, что у вас нет вакансий? ИлиMcKinsey принципиально ищет сотрудников только самостоятельно? А программа по развитию и привлечению студентов ведущих вузов» – это только для Москвы и Санкт-Петербурга?

Мы постоянно набираем новых сотрудников. У нас всегда есть вакансии. Мы принимаем на работу всех талантливых людей, которых находим. У нас постоянная потребность в кадрах, так как спрос на наши услуги очень высок. Поэтому мы постоянно сотрудничаем с университетами, но, конечно, работать со всеми городами не можем. Понятно, что приоритет – Москва и Питер, но есть и несколько высших учебных заведений в других городах, с которыми мы взаимодействуем. Москва и Петербург – это восемьдесят процентов высококлассных вузов. 

Наша работа по поиску талантов включает в себя программы обучения в ведущих российских университетах: у нас есть межфакультетская базовая кафедра в ВШЭ, мы регулярно проводим семинары, мастер-классы и занятия почти во всех ведущих университетах России. Сотрудничаем на уровне кафедр, кейс-клубов, студенческих организаций, вкладывая в эти университеты очень много усилий, потому что потом оттуда же и приглашаем на работу выпускников.

А что представляет собой «Академия McKinsey»? 

Это что-то среднее между стажировкой и занятиями в университете. Для Академии мы отбираем студентов уже не на территории вузов, а у нас в офисе и предлагаем им чуть более интенсивную программу. Ребята проходят системное обучение, состоящей из десяти занятий. Каждое посвящено определенной теме и развитию конкретного навыка. Это то, что студентам в институте, возможно, дают в меньшем объеме: там больше теории, а у нас больше практики. Мы не претендуем на академическое совершенство, мы больше говорим о том, как работать в команде, как решать задачи, проводим лекции, посвященные функциональным областям – стратегии, маркетингу, например. 

Владимир, можете ли вы, побеседовав с человеком десять минут, определить, есть ли у него потенциал для работы вMcKinsey? 

За десять минут можно лишь определить, что человек точно не подходит. А вот то, подходит ли он нам, можно выяснить только в результате серьезного процесса отбора. Он состоит из предварительной оценки кандидатов по резюме, шести интервью и теста. 

У нас сложная работа, справиться с которой может не каждый. Это можно сравнить, наверное, с набором в спецназ: отбор суров не потому, что мало мест, а потому что не каждый справится. На нас клиенты возлагают большую ответственность, мы обязаны качественно выполнять работу, поэтому процесс отбора столь сложен. К нам попадает в среднем один процент кандидатов, отправивших резюме. Это общемировая статистика McKinsey: двести тысяч заявок – и две тысячи новых сотрудников. 

А если способный, талантливый выпускник ведущего вуза хочет попробовать себя сначала в другой консалтинговой компании и уже с этим опытом прийти в McKinsey, что бы вы ему посоветовали? И связанный с этим вопрос: чем отличается McKinsey от конкурентов? 

Несмотря на то, что попасть в McKinsey не просто, я бы рекомендовал приходить к нам как можно раньше. Когда начинаешь работать в консалтинговой компании, приходится развивать свои лидерские качества, аналитические способности и навыки эффективного общения с людьми. И чем раньше приходишь к нам, тем больше возможностей для роста. 

Чем мы отличаемся от конкурентов? Во-первых, мы – номер один по размеру, престижу, темпам роста и широте охвата. Никто не дает больше возможностей выбора, чем мы. Мы работаем во всех возможных отраслях и абсолютно во всех функциональных направлениях; наши сотрудники выбирают проект себе по душе из длинного списка, где есть все отрасли и представлена разная специфика. Во-вторых, мы вкладываем в развитие знаний, в инновации больше, чем пять крупнейших бизнес-школ мира вместе взятых. И в-третьих, мы работаем с компаниями-лидерами всех отраслей. Соответственно, ребята решают задачи такого масштаба, что назавтра об этом можно прочитать в газете. Им просто приятно чувствовать себя участниками этих процессов. Причем не только в частных компаниях, но и в государственных структурах, социальных проектах. 

Что касается конкуренции за людей, то мы, скорее, конкурируем с Лондоном, Нью-Йорком и Бостоном. Я отвечаю за рекрутинг, и моя самая большая головная боль – это то, что люди хотят уехать или не хотят возвращаться в Россию после окончания бизнес-школы. И мне приходится убеждать их в том, что в Москве есть потенциал для роста, что Москва меняется к лучшему, что в России есть возможность реализовать себя гораздо быстрее, чем за границей. Это мое искреннее убеждение. У нас есть ребята, которые эмигрировали в молодом возрасте вместе с родителями, но теперь возвращаются сюда, зная что McKinsey обеспечит плавный переход и адаптацию, как это было для меня, когда я переехал из Риги в Москву. Многим людям это интересно, они чувствуют внутреннюю связь с родиной, их ностальгия – это реальное чувство. Мы как кузница кадров – поработав у нас, они могут перейти на интересные руководящие должности в ведущие банки, в лучшие телекоммуникационные компании. Мы по факту готовим лидеров для ведущих компаний, а не конкурируем с ними. 

Не жаль McKinsey терять людей, в которых компания столько инвестировала, вложила душу? Особенно когда они переходят на работу в компанию, которая была вашим заказчиком? 

Мы этого не боимся, так как мы этих людей не теряем. Мы с ними поддерживаем связь, дважды в год собираем всех вместе, они часто становятся нашими клиентами. Когда человек, работавший у нас, впитавший нашу корпоративную культуру, понимание всего того хорошего, что есть в компании, занимает руководящую позицию в другой большой организации – к кому, как вы думаете, он обратится, когда ему понадобится профессиональная помощь? Он обратится к нам же. 

У нас есть четкое понимание, что наши бывшие сотрудники – наше будущее. К тому же они буквально срастаются с нами – это личные отношения, это настоящая дружба. Вот у меня, например, большинство друзей – либо бывшие, либо нынешние, либо будущие сотрудники McKinsey. Я же не из Москвы, у меня тут нет друзей детства. Я приехал и подружился с ребятами в компании, и когда кто-то из них уходит, мы продолжаем дружить. То есть это такая профессиональная сеть выпускников бизнес-школы, в данном случае школы McKinsey. Это личные отношения. Люди уходят, но в сердце они с нами. И в бизнесе тоже. 

«Люди, впитавшие нашу корпоративную культуру» – какие они? Каковы базовые принципы работы компании? 

Эти принципы довольно подробно описаны в документе «Миссия и система ценностей McKinsey» – своего рода кодексе чести, фундаменте, на котором стоит фирма. Во-первых, это ориентированность на результат. Мы работаем для того, чтобы благодаря нашей работе клиент получил ощутимый результат. Поэтому на девяносто процентов наши проекты – это проекты с теми клиентами, с которыми мы уже работали раньше и которые остались нами довольны. Во-вторых, мы ставим интересы клиента выше собственных. Это профессиональная этика в ее классическом понимании. Это может показаться несколько идеалистичным, но мы действительно стараемся, чтобы все этим прониклись: интересы McKinsey, даже наши собственные личные интересы на втором месте, а на первом – интересы клиента. 

Суть нашего существования в служении клиенту, в некой самурайской этике, для нас это вопрос чести. В-третьих, это забота о людях, которых мы наняли. Вы не можете долго, стабильно и классно делать проекты для клиента, но если вы о своих людях не заботитесь, от вас начнут уходить сотрудники, если вы не будете их развивать. Мы очень много делаем для того, чтобы ребятам у нас нравилось, чтобы они получали интересные проекты, чтобы они учились. Мы посылаем наших бизнес-аналитиков в лучшие зарубежные бизнес-школы и полностью оплачиваем их обучение в течение двух лет. Помимо этого у нас есть собственные тренинги, обучение онлайн, которое проходит в интерактивном формате и существует уже десяток лет. С его помощью можно получить знания практически по любому предмету. 

Насколько такой исследовательский центр, как Глобальный институт McKinsey, или такое научно-популярное издание, как «Вестник McKinsey», связаны с основной деятельностью компании? 

В какой мере это связано с работой консультантов? Спустя два-три года работы сотрудники имеют возможность стать соавторами статей для «Вестника McKinsey», где в доступной форме публикуются данные о передовых разработках в сфере бизнеса. Глобальный институт McKinsey проводит исследования высочайшего уровня, например макроэкономические. Консультанты могут принять в них участие, помочь стране, применив свои знания. Можно подать заявку, стать стипендиатом и на год поехать в штаб-квартиру института или остаться в московском офисе и работать над проектом здесь. Например, исследование Глобального института McKinsey «Эффективная Россия» проводили консультанты московского офиса. 

Проводятся ли проекты на безвозмездной основе? 

Мы обладаем огромным опытом, у нас работают настоящие интеллектуалы, и вы всегда найдете здесь команду, которая сможет разобраться в любом вопросе. Мы сотрудничаем с Эрмитажем, Государственным музеем изобразительных искусств им. А.С. Пушкина, музеем «Гараж», входим в попечительский совет Большого театра, регулярно проводим для него проекты. 

MCKINSEY and Company14 августа 2014
1064
 0.00